Футбол Украины |

Блог об украинском футболе

Телевизионные страдания

Воскресенье, 16 Июнь 2013

Благодарное дело писать о футболе. А какое удовольствие читать о нем, если за дело берутся настоящие профессио­налы! Кто только не изъяснялся ему в любви: Юрий Олеша, Ильф и Петров, Михаил Зощенко, Лев Кассиль, Юрий Трифонов, Владимир Кулеба наконец — покажите мне читателя, который, обна­ружив среди скопища ординарных текс­тов глубокий, остроумный, изобличитель­ный, хвалебный или статистический от­чет о последнем матче любимой коман­ды, не оторвется от телевизора, запол­нившего “мылом” все закоулки кварти­ры…

Все мы с детсадовского возраста живем футболом, о нем постоянно ду­маем и надеемся, что с ним в конце кон­цов все будет в порядке. А как же мо­жет быть иначе, если еще совсем недав­но умудренные коньюнктурой государ­ственные мужи ходили на стадион едва ли не потому, что Сам, учитывая настрое­ние народных масс, регулярно появлялся в правительственной ложе Центрального стадиона, а сегодня кабминовские чинов­ники не стесняются даже появляться на людях в трусах и гетрах, выбегая под аккомпанемент футбольного марша на поле против нардепов из Верховной Рады!..

Казалось бы чего проще — зеленое поле и мяч — играй! Однако, несмотря на кажущуюся простоту и откровенность, в футболе немало вещей необъяснимых. Так же, как и в нашей любви к нему. Французы говорят в таких случаях: “Я люблю потому, что люблю”.

А может неповторимость футбола в неотразимости ясного безоблачного неба в начале лета, когда голова идет кругом от пьянящего запаха “свежевыкрашен­ной” травы, промытой утренним дожди­ком?.. Или от внезапного единства на­рода, когда мы сидим, тесно прижавшись друг к другу и зонты не в состоянии ук­рыть от дождя, а свинцовые тучи устало улеглись в таких же будничных посты­лых лужах, но футболисты отчаянно не­сговорчивы и, сцепив зубы, месят грязь и ” бьются “до победы”, не обращая внимания ни на что… И тысячи людей вскакивают одновременно, и тысячи сер­дец сжимаются от радостного возбуж­дения… Это футбол!

Но таким футболом мы живем на ста­дионе. Вернее, жили, когда были моло­ды. Сейчас мы больше тяготеем к теле­визору. Для этого есть немало объек­тивных причин, но что бы там ни гово­рили специалисты, — футбол тут не при чем.

А телевидение – это совсем другая жизнь. “Ящик” могущественно и власт­но обосновался в наших квартирах, взор­вал нашу серую повседневность, до не­приличия расширил жизненное простран­ство, добавил забот, огорчений, счастья, а подчас и горя.

Футбол по телевизору – совсем дру­гой спорт. Не берусь, правда, утверж­дать, что зрителю, сумевшему через весь город добраться до стадиона, повезло больше. Ведь футбол по телевизору все- таки доставляет особое, многогранное наслаждение. Еще бы – мягкое кресло, запотевшая бутылочка “Оболони”, пач­ка любимых сигарет, чашечка кофе, рюм­ка чего покрепче, сосиска с кетчупом — стадион такого пока, увы, не предусмат­ривает… Приятное одиночество с воз­можностью набрать телефон такого же гурмана’ и поделиться радостью от не­мыслимого финта или забитого гола, на­сладиться чувством гордого превосход­ства перед неудачниками, томящимися в тесных троллейбусах за окном…

Вот если бы не разговор, который ведет с нами с экрана неподражаемый, чертовски остроумный господин!.. Роль этого господина огромна: он один из создателей телевизионного действа, не­стадионного футбола, другой, не совсем реальной и такой притягательной жизни. Он в эти часы берет на себя роль Твор­ца с его талантом и могуществом… Если бы всегда так!

Однако, как это ни печально, глав­ное свойство многих телетворцов — они здорово умеют выводить нас из себя!

Вот один из них ведет телетрансля­цию долгожданного матча нарочито не­брежно и, как ему кажется, весело, на­вязчиво встревая в разворачивающиеся на экране события подобно судье-неуме­хе, который то и дело оказывается под ногами у игроков, и без того испытыва­ющих массу проблем…

Ведя репортаж из-за рубежа, госпо­дин комментатор вдруг доверительно предлагает нам самим ознакомиться с длиннющим списком основных и запас­ных игроков. Закрадывается сомнение в его лингвистических знани­ях, тем более, что титры, мелькающие на экране, так и остаются “за кадром”.

Чуть погодя, когда су­дья решительно назначает штрафной удра, наш собе­седник менторским тоном укоризненно произносит:

-    Ну, думаю, судья не прав – ничего ведь не было!

И тут же “вытаскивает” из блокнота запасенную “домашнюю заготовку”:

—  Впрочем, судье, как говорится, виднее…

А ведь телекамера (на зарубежных стадионах од­новременно работают едва ли не более 20!) позволяет нам до мельчайших подроб­ностей разглядеть все тонкости борьбы. Крупный план, словно микроскоп, при­ближает к нашему экрану родинку на левом ухе защитника и коварный рывок за трусы нападающего…

Не имеет права комментатор, как бы далеко от места событий он ни сидел, безапелляционно восклицать:

— Ну, за что же!? А какой это номер?

Вот тут мы и начинаем волноваться. часы настольные

И с этой минуты футбол уходит на вто­рой план: мы прислушиваемся к неприят­ному голосу, вылавливая все граммати­ческие, стилистические и фонетические ошибки нашего “собеседника”. А что он говорит об игре! Если нам не хватает му­жества отключить звук, дальнейшее пре­вращается в пытку: с болезненным упор­ством мы вслушиваемся в шум стадио­на, но слышим все тот же назойливый, противный голос, отмечая все его ляп­сусы и нелепости… Вот он в очередной раз произнес какое-то набившее оско­мину слово — мурашки пробежали по коже. В другой ситуации это милое, на грани шутки выражение, возможно, про­скочило бы мимо ушей незамеченным, но тут, когда шутить совсем не хочется, закипает желание выключить звук.

Раздается капустный хруст бумаги — это комментатор предлагает еще одну “домашнюю заготовку”, этакий “рояль в кустах” — интервью с одним из спон­соров телетрансляции, который случай­но оказался рядом в кабинке. Затем сле­дует длинный список высоких имен из “группы поддержки”, которые прило­жили руку к ожидаемому успеху… А ком­ментировать-то, собственно, было нече­го — бессмысленные перепасовки от цент­ра поля к своей штрафной площадке мы и сами отчетливо наблюдали…

—  Команды думают больше об обо­роне, чем… Я бы сказал, что на поле сошлись равные по силам соперники,— мудро итожит комментатор.

И наконец резюмирует:

— Мяч, как говорится, круглый!

Этот перл добивает окончательно. Наверное, нулевой футбол во многом связан с нулевым комментированием!

Телевизионный комментарий — дело необыкновенно трудное. Ведь человек с микрофоном по ту сторону телеэкрана — прежде всего помогает увидеть нечто, большее, чем в состоянии увидеть ты сам, может объяснить то, что не всегда понятно, заинтересовать подчас тем, что иногда даже неприятно… И при этом оставаться симпатичным парнем и при­ятным собеседником.

Не уверен, что любой из словоохот­ливых уличных распространителей лоте­рейных билетов, давно уже пользующих­ся помощью микрофона, способен до­нести до нас, не расплескав, яркую кар­тинку стадионного действа.

Представляете теперь, как строго необходимо отбирать претендентов на этот “электрический стул”! Не уверен, что даже красный диплом журфака спо­собен послужить безоговорочным про­пуском в комментаторскую кабину. Пом­ню, в “доперестроечные” времена легче было пройти конкурсный отбор в отряд космонавтов, чем попасть на прямой эфир. Кадровики и кураторы от КГБ свое дело знали. Подозреваю, что и сегодня право на микрофон получают далеко не отличники и умники, а ловкие рекламные агенты учредителей телеканалов или же обладатели сверхкристалльных автобио­графий. Хотя вряд ли кто-нибудь станет утверждать, что рабоче-крестьянское про­исхождение в наши дни стало цениться выше, чем голубая кровь или белая дво­рянская косточка!..

По большому счету (а как же иначе!) телекомментатор обязан прежде всего глубоко понимать психологию игры, быть четко информированным во всех под­робностях хода и механизма соревно­вания, осведомленным во всей сопровож­дающей транслируемое событие полити­ческой, культурной и бытовой ситуации, во всем, что пишут и говорят коллеги. И все это необходимо приправлять ост­роумием, легкой иронией, а главное — всегда должно присутствовать чувство меры. Как же иначе можно донести до тех, кто не имеет возможности непосред­ственно участвовать в происходящем, тонкости и нюансы, не теряя при этом самообладания, исключая ошибки и до­садные оговорки, сохраняя вполне ощу­тимый высокий уровень этой так необхо­димой всем нам культуры.

И два слова о самом стиле телеве­щания, который во многом заимствован из других средств массовой информа­ции. Невыносимо приподнятый, барабан­ный – его скорее можно применить к описаниям первомайских демонстраций, чем к спортивным состязаниям, — он отдает дурным редакторским вкусом. Упаси вас Бог оказаться наедине с теле­визором в случае нашей победы! Эпите­ты так и брызжут превосходством, степе­ни сравнения уходят в космические выси, здесь и героические былинные образы, славные исторические аналогии, и запре­дельные откровения типа “богатыри”, “герои”, “феноменальный гол”, “не- первешеный по сыли удар”, “неба- ченый финт”…

Мы, продолжая оставаться “читаю­щей нацией”, сегодня все отчетливее становимся нацией спортивной. Благода­ря телевидению число любителей спорта, поклонников тенниса, баскетбола, фут­бола и автогонок возросло неизмеримо. Даже феерические телетрансляции с за­седаний парламентов, дум и Верховных Рад собирали в свое время у экранов гораздо меньшие аудитории, чем матчи за Кубок Большого Шлема или обзоры чемпионатов европейских стран. А ведь недавно многие из нас с трудом отлича­ли гейм от брейка и буллит от овертай- ма! Зато сейчас с помощью спортивного телевещания мы имеем возможность, как во времена Юрия Сенкевича, расширить границы своей “малой родины” и посе­тить удивительные страны, приобщив­шись к мировой культуре. Швеция, Ита­лия, Германия или княжество Лихтенш­тейн — уже совсем даже и не дальнее зарубежье. Нас больше не удивляют пря­мые трансляции с Уимблдона, Болеарских островов или с яхтенной кругосветки где- нибудь в “ревущих сороковых”!

Но если нашему телевизионному гиду не хватает интеллигентности, чувства меры и тактичности — грош цена всему остальному. А красочные, прямо-таки райские картинки, от маловыразительно­го сопровождения превращаются в блек­лый лубок… Ведь телевизионный ком­ментарий прежде всего — искреннее же­лание поделиться радостью от общения с Большим спортом, а не назойливое желание убедить зрителей в собствен­ной исключительной осведомленности во всем, что мелькает на экране. И снова аналогия с действиями судьи в поле: чем выше класс арбитра, тем реже он появ­ляется в центре событий и, конечно же, не пересвистывает.

Сегодня спортивный комментатор, вооруженный суперсовременной техни­кой, должен быть не только энциклопе­дически подготовленным и знать свой “предмет” досконально, он обязан на­ходиться в постоянном творческом по­иске. Положительных примеров в род­ном отечестве, к сожалению, явно недо­статочно. Думаю, перечислив несколько имен, сумею объяснить читателям, до какого профессионального уровня хоте­лось бы поднять планку украинского спортивного комментария. Итак, Виктор Набутов, Анна Дмитриева, Коте Махарад- зе, Сергей Ческидов… Стоит ли продол­жать?

Наше телевидение истосковалось по талантам.

А каково при этом нам, зрителям!

Sorry. No data so far.

Оставьте свой отзыв

Сообщение

Это не спам.